– Р-ра! – перебил их Вожак. – Сам знаю! Без вас!

После чего сразу встал и пошел, и все пошли за ним. А потом, как и он, побежали. Сперва тропа спускались вниз с холма, а затем обогнула овраг. За оврагом, по приказу Вожака, они все остановились, и только Рыжий, названный загонщиком, прошел еще немного вперед, потом резко свернул налево, легко скользнул в низкий ельник – и сразу же взял след и вышел на сохатого, поднял его и погнал! Бежать сквозь чащу было трудно, но Рыжий, распалясь, все наддавал и наддавал. Сохатый дрогнул, засбоил, топот его копыт уже совсем не походил на гордую поступь Небесного Брата, ибо теперь уже не гром, а только трусливый перестук катился по Лесу. Мало того – сохатый быстро выбился из сил и взмок, запах вспотевшего врага бил в нос и доводил до исступления. Рыжий еще наддал и закричал:

– Левей! Левей давайте! Завожу! – потом перемахнул через валежину…

И замер, задохнулся от волнения. Еще бы! Прямо перед ним, и прямо на земле, сверкал ярчайший лунный свет! Днем – и вдруг лунный, это поразительно! И где!? Да в их ближнем лесу, на маленькой полянке, вся земля на которой плотно устлана сырой после дождя иглицей, а посреди – нора в Убежище Луны! О, это даже не удача – это чудо! Шестнадцать по шестнадцать поколений предков охотилось за ним, но тщетно. А теперь вот оно! Рыжий сразу забыл и про сохатого, и про Великую Охоту и вообще про все на свете. Самодовольно кашлянув, он сделал шаг вперед, потом осторожно притронулся лапой к заветной находке…

По ослепительно-белому свечению пробежала едва заметная рябь…

И чудо исчезло! Перед Рыжим была обыкновенная дождевая лужа, в которой плавали желтые осенние листья. Да как же это так, гневно подумал Рыжий, ведь только что он совершенно отчетливо видел Убежище! А теперь также отчетливо не видит ничего. Обескураженно вздохнув, Рыжий резко тряхнул головой…

И вздрогнул от злобного крика: