– Я не выгоню тебя, – прибавил юноша великодушно. – Полагаю, ты провел в этом доме много лет, и было бы жестоко отправить тебя доживать век на улице. Я велю оставить за тобой ту комнату, которую ты занимал, и прикажу слугам кормить тебя. Но управляющим в моих владениях будет, конечно, человек помоложе. Ты не справишься, потому, что забот у моего дворецкого поприбавится.

– Сперва ты должен выполнить все условия, указанные в завещании, – пробормотал дворецкий. – И да хранит тебя Бел, благосклонный к богачам!

– Да хранит тебя Бэлит, благосклонная к юным любовникам! – весело откликнулся Илькавар.

Он прошел по заросшему саду и вошел в дом.

Здесь было гулко и пусто. Эхо отзывалось на звук его шагов. Илькавар несколько раз пытался позвать слуг, но стены как будто глушили его голос.

– Что за ерунда! – Илькавар уже начал сердиться. – Куда подевались все слуги?

– Они разбежались, мой господин, едва только старый Катабах закрыл глаза, – голос старика дворецкого прозвучал за спиной Илькавара так неожиданно, что молодой человек даже подпрыгнул. Сердце в его груди бухнуло и остановилось прежде, чем вновь начать биться, – осторожно, как бы с опаской.

– Ты едва не убил меня! – воскликнул Илькавар. – Разве можно так подкрадываться!

– Прошу меня простить, – отозвался старик степенно. – Наш прежний господин Катабах требовал, чтобы мы передвигались по дому бесшумно. Любой звук раздражал его.

– Где слуги? – спросил Илькавар. – Почему они разбежались?

– Господин не держал рабов, – был ответ. – Те, кого он нанял, сочли, что их срок службы закончился.

– Неужели никто не захотел даже познакомиться с новым хозяином? – Против своей воли Илькавар чувствовал себя как будто уязвленным. – Они просто ушли и все?

– Да, мой господин. Просто ушли, и все. Они ни на миг не пожелали задержаться в этом проклятом доме.