Тяжелое лезвие, гудя, выписывало в воздухе дуги и петли, с грозным лязганьем сшибалось с вражьими клинками, раз за разом отбрасывая их, атакуя зло и быстро.

Сталь ярилась, грызлась с ожесточенной яростью, выщербляя себя самое, умываясь снопами быстрогаснущих веселых искр. Сталь не умеет умирать. Для нее битва — лихая пляска, бешеные прыжки в густеющем от быстроты движения воздухе, короткие взлеты и падения, наполненные предсмертным завыванием, обрывающимся после сокрушительного столкновения. Без этого в ножнах тоскливо. Да и витязю радостно, когда в руках поет победную песню верный клинок. Но когда веселится, пляшет, лютует и поет мертвая сталь, умирают живые люди.

Варяжко пришлось биться с тремя разом. Еще двое владимирцев насело на кметя с топором. Оставшийся наворопник умело теснил раненного роднинца, беспрерывными ударами по щиту заставляя его терять все больше крови. Варяжко вертелся на коне похлеще любого печенега или половца, даром, что говорят, будто те прямо в седлах рождаются. Если бы не Марышко Паранович, боярин уже давно бы расправился с двумя другими противниками и пришел бы на помощь своим людям, но вихревые атаки владимирского богатыря не позволяли ему отвлечься ни на миг. Необычно длинная сабля Марышко крутилась в воздухе, точно хворостинка в воронке коварного омута — прилетала то сверху, то снизу, то с правого бока, то с левого, то устремлялась вперед в глубоком выпаде, тщась поднырнуть по широкий и менее поворотливый клинок Варяжко и вонзить свой хищный язык в могучую грудь боярина. Силой соперничать молодой наворопник и не пытался. Верно, чуял, не устоять ему против сокрушительного удара киевского силача. Пытался взять напором, смутить градом легких, летящих отовсюду ударов, запутать, заставить ошибиться и — поразить насмерть. Более опытный и искусный боец, Варяжко прекрасно понимал манеру боя противника. Огромный меч поспевал всюду. Даже два других воина, отчаянно досаждавших ему, никак не могли дать сыну Парана перевеса. Но и сам боярин, вынужденный беречься сразу трех клинков, не мог выгадать миг, чтобы уязвить противника.