– То есть никаких новых слухов, ничего о том, что он ведет какие-то дела с людьми из людей не слышно?

– Во всяком случае я такого не слышала.

Марта пристально взглянула на Кинби:

– Дружок, а ты это все к чему спрашиваешь?

– Да так. Пока ни к чему определенному. Но если услышишь хоть что-то о том, что Хозяин завел дела с кем-нибудь из людей, будь хорошей девочкой, намекни мне?

– Ладно, заметано. – Марта допила свою кружку и потянулась. – Лично я валюсь с ног и собираюсь пойти поспать, пока снова кого-нибудь не убьют.

Кинби в два глотка допил пиво, достал пару купюр, бросил на стол, придавил кружкой.

– Тогда пойдем. Мне тоже пора. – Он глянул на часы. – Скоро рассвет, а он крайне вреден для моего здоровья.

Обогнав Марту на входе, Кинби галантно распахнул дверь, но его спутница замешкалась, пытаясь нашарить зажигалку в многочисленных карманах своей куртки и Кинби шагнул из дверей первым. Марино уже догоняла его, толкнув дверь, она ступила на невысокое крыльцо бара.

Развернувшись, Кинби сильно толкнул ее в грудь. Зашатавшись, Марта влетела обратно в двери бара. Падая, услышала отрывистые звуки выстрелов. Грудь Кинби взорвалась. Подброшенное в воздух крупнокалиберными пулями тело, влетев в зал, упало на девушку.

Еще два выстрела прошли мимо цели, вырвав куски дерева из дверного косяка.

Взревел мощный двигатель, взвизгнули покрышки и все стихло. Противно воняло порохом и горелым деревом. Тихо поскрипывали, покачиваясь на полусорванных петлях, изуродованные двери.

Марта похлопала детектива по плечу:

– Кинби. Кинби, послушай. Ты пачкаешь кровью мою куртку.

Щелкнул выключатель и неяркий свет чудовищного сооружения, увенчанного коричневатым абажуром с бахромой, разогнал непроглядную темноту спальни.

Марта приподнялась на локте и посмотрела на задумчиво курившего Кинби. Аккуратно вынув из его пальцев сигарету, сделала пару затяжек, вернула дымящийся цилиндрик на место. Протянув руку, Кинби погладил девушку по встрепанным волосам.