— Другого места не нашли? — ухмыльнулся дед.

— Для нас везде место, — с равнодушным видом махнул рукой Лёнчик и уже было повернулся, чтобы уйти прочь.

А я подумал, что зря он сердит деда, и, чтобы задобрить старого, подобострастно сказал:

— Хорошо здесь!

И тут же убедился — попал в яблочко. Дед слегка удивлённо поднял со лба фуражку, отчего лицо его с маленькими седыми усиками подобрело, и спросил:

— Что же здесь хорошего?

У меня тут же зашевелились сомнения. Может, это хороший человек и ему стоит признаться, что привело нас сюда? Может быть, выслушает, поймёт и поможет. Но в тот же миг вспомнил про нашу клятву, тем более что Лёнчик предупреждающе подмигнул: мол, держи язык за зубами!

Но все-таки что ему ответить? Почему нам здесь нравится? Я растерянно окинул взглядом вокруг. И неожиданно у колокольни увидел старую заржавленную подкову.

— Вот! — Я радостно подбежал к ней, схватил в руки и поднял перед собой.

Лицо деда насторожилось, потом затеплилось в усмешке.

— О, — шевельнул он бровями, — найденная подкова — всё равно что ключ от счастья…

— А можно забрать её с собой? — спросил я.

— А почему же? Нашёл — бери…

Лёнчик понял: наступила минута, когда можно повести речь ближе к делу. И тогда он сказал, качнув головой в сторону колокольни:

— Ну и замок же повесили… Не меньше пуда весит…

Дед от этих слов сразу же стал строже.

— А к замкам вам, — сказал с нажимом, — дудки… Не вашего ума дело.

Лёнчик был из тех репейников, которые, прицепившись, так просто не отстают.

— Вы его караулите? — спросил с милой улыбкой.

— А как же… Да что я с вами тут разглагольствую?

Однако в голосе старика не было ни строгости, ни нетерпения. Я это заметил и снова спросил: