— Он мне родня.

— Оррин защищал меня в суде… вышла некая неприятная история со стрельбой. Честно говоря, тогда я впервые стрелял в человека. Все из-за лошади получилось. У меня украли лошадь. Я выследил вора, он вытащил револьвер, а я его застрелил. Кто-то мне посоветовал нанять адвокатом Оррина, я так и сделал… к счастью.

Они допили кофе, поболтали о разных пустяках, наконец Шэдоу поднялся.

— У меня есть хижина, чуть дальше но этой дороге. Если хотите, можете составить мне компанию. Свободная койка найдется, так что добро пожаловать.

Хижина была небольшая, но уютная. На полу — циновки работы индейцев навахо, на окнах — занавески, на полке — десятка два книг.

— Завидую вам — у вас есть книги, — сказал Галлоуэй. — Мы в школу совсем мало ходили. Нас больше мама учила, по Библии, да еще она нам читала несколько историй, написанных Вальтером Скоттом. Мы с Флэганом свою науку проходили больше в лесу, с винчестерами.

— Так ваш брат и лес знает? Он не просто ковбой?

— Мы выросли на плато Камберленд. Учились у своих соседей, чероки. Флэган… дайте ему только шанс, он где угодно выживет!

— Тогда он мог и продержаться. Может быть, он еще жив.

Впервые за много недель Галлоуэй спал в настоящей постели, спокойно и крепко, и проснулся вместе с солнцем. Шэдоу уже не было, но через несколько минут он вошел в дом.

— Я тут известие получил. Пастен уехал из этих мест. Я уже послал нескольких человек в объезд. Они пригонят мой скот и оповестят остальных потерпевших…

Галлоуэй Сакетт оделся. Где-то далеко на северо-востоке находится его брат — либо мертвый, либо отчаянно борющийся за жизнь. Надо как-то его отыскать, во что бы то ни стало. Накануне вечером Шэдоу аккуратно нарисовал ему схему местности, показав на ней реки Анимас, Флориду и Ла-Плату, и Галлоуэй, знавший ход мыслей брата, как свой собственный, попытался прикинуть, что предпринял Флэган, когда сбежал от индейцев.

Конечно, Флэган направился бы в горы, и первый след, который он успел обнаружить до прибытия сюда, вел на север. Это был след Флэгана, но по этому следу за ним шли апачи.