— Мистер Хетрик, — сказал я, не отрывая взгляда от длиннолицего. — Соберите лошадей.

— Черта с два! — рявкнул длиннолицый. Метис дернулся было к лошадям, и это решило все. Длиннолицый не видел его, а только услышал движение и, наверное, подумал, что тот схватился за оружие. Как бы то ни было, его рука метнулась к револьверу, и я застрелил его, даже сам не уловив, когда успел выхватить револьвер. Первая пуля попала ему в сердце, вторая — двумя дюймами ниже. Его револьвер, лишь наполовину вынутый, скользнул обратно в кобуру, и длиннолицый ничком упал в траву. Он был мертв. Грохот выстрелов сменился мертвой тишиной. Лишь где-то каркнула ворона и, тихо всхрапев, переступила копытами лошадь. Остальные конокрады застыли, боясь пошевелиться. Теперь, даже если бы они хотели драться, было поздно — револьвер был у меня в руке и направлен на них.

— Я соберу лошадей, — одеревеневшим голосом сказал Кипп у меня за спиной.

— Рэй, — Хетрик подъехал ко мне. — Наверное, нужно забрать у них оружие.

— Разумеется, — словно кто-то ответил за меня.

— Рэй, — проговорил чернобородый. — Никогда не слышал этого имени. Ты знаешь, кого ты убил?

— Конокрада, — коротко ответил я.

— Ты убил Райса Хилера, ганфайтера из Пэнхэнда.

— Лучше бы он там и оставался, — отрезал я и опустил револьвер в кобуру.

ГЛАВА 6

Возвратились мы всего за два дня, поскольку уже не надо было искать следы, и мы могли выбирать более короткий путь.

Мы почти не разговаривали, и только к концу второго дня Кипп решился заговорить.

— Раис Хилер. Я слышал о нем. Он убил шесть или семь человек. Представляю себе, когда об этом узнают в городе! Олли Бердетт позеленеет от зависти.