— Ладно, — сказал Скэллен, поднимаясь. — Ложись на кровать. — Он повернул свой пояс с кобурой так, чтобы Кольт оказался на левом бедре.

Кидд медленно устроился на постели, ухмыльнувшись: — Не хочешь рисковать, да? Где же твой азарт?

— Остался в Бисби, вместе с женой и тремя детьми, — ответил Скэллен без улыбки, обогнув стол.

На фрамуге не было рукояток. Держась другой стороны окна и не спуская глаз с лежащего, Скэллен уперся основанием ладони в раму и резко толкнул ее вниз. Окно с грохотом закрылось, и в ту же секунду он увидел, как Джим Кидд в прыжке взлетает с кровати, без помощи рук. На мгновение Скэллен заколебался, чувствуя как палец ложится на спусковой крючок. Кидд уже был на полу, его тело напряглось, он наклонил голову, собираясь протаранить Скэллена. Скэллен отступил на шаг и резко двинул коленом в голову Кидда.

Бандит отлетел назад на кровать, ударившись затылком о стену. Он не двигался, глаза внимательно смотрели на Скэллена.

— Ну, как, Джим, лучше стало?

Кидд ощупал нижнюю челюсть скованными руками: — Ну, я же должен был попробовать тебя на излом, — ответил он. — Я знал, что ты не выстрелишь.

— Но в следующий раз уж точно.

Какое-то время Кидд не шевелился. Затем он заворочался и сказал: — Я хочу сесть.

Скэллен, оставаясь с другой стороны стола, кивнул: — Располагайся.

Кидд опять уставился за окно.

— Маршал, а сколько ты получаешь? — неожиданно спросил он.

— Думаю, что это не твое дело.

— Ну а все-таки? Какая разница-то?

Скэллен поколебался: — Сто пятьдесят в месяц, — сказал он наконец. — Плюс расходы и по доллару за каждый арест в пределах Бисби.

Кидд кивнул с неподдельной симпатией: — И у тебя жена и трое детей?

— Все равно это больше, чем получает ковбой.

— Но ты-то не ковбой.

— Я достаточно гонял коров.

— Сороковник в месяц плюс доля? — рассмеялся Кидд.