— Ты же знаешь, что я не могу.

— Почему?

— Потому что тогда я стану дезертиром.

Её глазу умоляли Уокера, но она не произнесла ни слова. В конце концов, девушка опустила голову и уставилась на свои руки. Уокер свернул сигарету и закурил в молчании, пытаясь найти для себя причину, по которой он мог бы поехать с Рисдонами — но не мог.

Девушка встала и в этот момент за дверью послышались шаги, а потом короткий троекратный стук.

— Уокер? — голос принадлежал Беквиту.

Уокер глянул на девушку, затем подошёл к двери и открыл её. В проёме стоял Рисдон. За его спиной раздался голос Беквита:

— Вперёд, — и Рисдон вошёл в комнату. За ним, уткнув револьвер в спину, вошел Беквит.

Беквит посмотрел на девушку, затем на Уокера.

— Лу, — вздохнул он, — все-таки ты самый изобретательный человек из всех, кого я знаю — даже травма не помеха.

Девушка подошла к отцу. В её взгляде был испуг, смешанный с удивлением:

— Ты ему рассказал?

— Я должен был. Я не хотел, чтобы он заявил, что мы удираем.

— Ну а как это ещё назвать? — спросил Беквит.

— Я уже стар для игры в солдатики, — ответил Рисдон.

— И поэтому ты думаешь, что можешь вот так вот взять и уйти?

— Он не служит в армии, — сказал Уокер. — И может уйти в любую секунду.

— Вместе со всем, что ему известно о нас? — прищурился Беквит.

— О, Господи, если ты ему не доверяешь, то кому тогда вообще верить?

— Вот-вот, Лу, я об этом все больше и больше размышляю.

— Не говори ерунды!

— Ты тоже уезжаешь?

— Нет.

— То есть я должен тебе просто поверить на слово? — худое лицо Беквита оставалось бесстрастным. — Лу, — сказал он, — я не шучу. Ты знаешь, что ждёт дезертира.

— Это откуда же он дезертирует?

— От меня, — тихо ответил Беквит. Затем он добавил: — Лу, я поверю твоим словам, что ты не уезжаешь — но, пожалуйста, сядь на кровать, чтобы не мешать мне. — Видя, что Уокер заколебался, Беквит направил ствол в его сторону. — Имей в виду, ты в любую секунду можешь оказаться рядом с ними.