Теперь оно организовано по системе троек, чтобы друг о друге знало как можно меньшее число товарищей. У Станды тоже есть своя тройка. Бывшее руководство — Видим, Рауш, Зимр, Голуб и другие — формально уже ничем не распоряжается. Все перешло в руки КПЧ, которая ушла в подполье. Об Ольде Папеже, Милоше Красны, Гонзе Костке, Курте Конраде Станда ничего не знает, но это даже к лучшему…

Владю интересует один вопрос — как подключиться к работе? Станда заверяет его, что ответ можно получить только послезавтра, так как для этого надо выходить на связь. Они договариваются встретиться якобы случайно на Тругларжской улице ровно в двенадцать. Станда пойдет по правой стороне от Петрской площади, а Владя от Револючной. Никто не имеет права опаздывать, чтобы не подводить товарища.

Они встречаются секунда в секунду.

— Куда спешишь? — почему-то слишком громко и весело спрашивает Станда. Владе он напоминает актера Иржи Восковца в комедии «Гей, руп!», когда его герой встречает в коридоре другого героя, роль которого исполняет приятель и соавтор Восковца Ян Верих, и, обходя его со всех сторон, говорит, обращаясь к самому себе: «Занятно, я не знаю этого пана».

— На обед, а потом опять добывать хлеб насущный, — отвечает Владя тоже громче, чем следует, и проходящие мимо дама с девочкой оборачиваются.

И вдруг он слышит приглушенный шепот:

— Сегодня в половине четвертого в кафе «Унион».

— Как мы узнаем друг друга?

— Обыкновенно. Придет Ирка Плавец. А мы с тобой больше не должны встречаться. Ну, ни пуха…

— К черту! Спасибо тебе, Станда.

— Не за что. Вчера арестовали Индру, когда он выходил из «Клементина». Агенты контролировали оба выхода. Родителям сообщили сразу же, и Рышка-старший, трезво поразмыслив, кое-что сжег, в том числе и книги.



13 из 215