— Ты что, только что сменился?

— Да.

— Что, уже шлепнули пленного?

— Нет еще.

— Мы же видели его во дворе. И стрельбу слышали.

— Водили в уборную. Стреляли танкисты и наш майор в фотографии этого старика.

— А-а, — разочарованно протянул второй солдат. — Мы вернулись, думали посмотреть. Ты махни рукой, когда его… — Солдат подмигнул. — Мы возле кухни будем. Наш Шульц говорил, что его далеко не повезут. А ты что, из пополнения?

— Да.

— Так ты помаши рукой.

— Я передам вашу просьбу майору, он помашет вам рукой.

— Выслуживается, хочет получить «железный крест» вне очереди, — сказал первый солдат.

— Видно, что еще не нюхал пороху, — сказал второй солдат. — Пошли, Адольф. С таким недолго нарваться на неприятности.

Патрульные стояли на дамбе и курили, когда из дома вышли два танкиста и влезли в машину. Скоро танк застрелял, зачихал, потом, взревев, развернулся на одном месте и остановился носом к дороге. С крыльца спустились еще два танкиста, ведя под руки пленного.

Патрульные, наблюдая за ними, говорили:

— Я еще ни разу не видел, чтобы пленных возили в танке.

— Говорят, что в лесу выбросили десант. Везет этим танкистам: броня чуть не полметра. Не успели приехать, как взяли пленного. Награду получат, не понюхав пороха.

— Смотри, и старика берут с собой.

— Я сразу подумал, что он связан с партизанами.

— Адольф!

— Что, Отто?

— Они подожгли дом!

— Это уже свинство: мы живем в сарае, а они жгут дома, и со всем добром! Я заглядывал в окно, там было что взять.

— Нет, это не они, а наш майор. Я его знаю. Пойдем! Мы еще успеем кое-что вытащить, пока не разгорелось как следует.

Они побежали к горящему дому. Возле танка их остановил окрик: