Звук выстрела инициирует вялотекущее обсуждение вероятных целей артиллеристов. Хаммер с ехидцей интересуется, с какой целью я разместил под носом трамплин для блох. Мелкий живо вскидывает голову, ухмыляясь и готовясь развить тему. Началось утро в деревне! Сохраняя кирпичное выражение лица, голосом лектора сообщаю, что мой «трамплин для блох» служит для десантирования вышеуказанных шестилапых в район забазирования под носом у Хаммера и, как вариант, у Кантика. Кантик возмущенно округляет глаза и начинает доказывать, что его усы и блохи — вещи несовместимые, а вот мой «трамплин» — это позорище, а не усы. Его поддерживает не менее усатый Хаммер. Мелкий, заливаясь хохотом, с прыгающими в глазах бесенятами кричит, что усы отращивают только те, кому содержимым штанов похвастать перед девушкой нельзя. Это уже слишком. Вчетвером, включая Клюва, чей «трамплин для блох» ещё в стадии зарождения осаживаем Мелкого. Не торопясь. Каждый по аргументу.

— Во-первых, у Мелкого до сих пор нет постоянной подруги, потому что сам мелкий, и хвастать перед подругами нечем. — Кантик.

— Во-вторых, больше одного вечера с ним ни одна не остаётся, потому что для того, чтобы убедится в том, что всё плохо — достаточно и одного вечера. — Я.

— В-третьих, проверенное качество в рекламе не нуждается. — Хаммер. У него уже две дочери. Старшей скоро в школу.

— В-четвёртых, для нормальной девушки таких как Мелкий нужно пучок, а то и не заметит, что что-то произошло. — Клюв.

Мелкий с независимым видом, продвигаясь поближе к выходу, заявляет:

— Вам, женатикам, лучше вообще помолчать, поскольку — бракоделы. Немец вообще молчать должен, поскольку он девушек в пиве предварительно вымачивает. А проспиртованная девушка на хороший секс не способна. А ты, Кантик, пока сообразишь, как девушке секс предложить — она на пенсию уходит.