Это были в основном пожилые, плохо обученные солдаты, жившие на скверно укрепленных заставах и большую часть времени пребывавшие в состоянии панического ужаса. Эта атмосфера постоянного напряжения и страха создавалась ощущением оторванности от других немецких частей на земле, получившей название «индейской территории» и произносившейся без капли иронии. Когда всю землю завалило снегом, изоляция их усилилась еще больше. Немецкие обозы с припасами прорывались на такие заставы раз или два в неделю, и их встречали криками радости и облегчения. После того как полумертвые от холода обозники или жалкие горстки пополнения немного отогревались в тесных избах и были вынуждены следовать дальше, куцые гарнизоны Шерера, состоявшие порой из пяти-десяти человек, с тревогой и тоской наблюдали за тем, как они исчезают за поворотом дороги.

Такое поведение было вызвано тем, что они снова оставались в партизанском кольце, незримом, но все же реально существовавшем среди заснеженных лесов. Партизаны часто и без всякой системы нападали на такие заставы и убивали этих бедолаг. Таким образом, напугать оставшихся в живых было несложно. На что можно рассчитывать, находясь так далеко от остальных войск?

Шерер не был безжалостным и лишенным чувства юмора человеком, как обычно думают о генералах. Он нормально поднимался по карьерной лестнице и занимал посты командира пехотного полка и штабного офицера, близкого к высокому начальству Он был довольно жизнерадостным человеком, прекрасно понимавшим, что ему не хватает в достаточной степени укомплектованного штаба для руководства боевой дивизией, и поэтому был назначен командиром этой части, выполнявшей охранные функции за линией фронта. Это была достаточно унылая служба для людей самых разных наклонностей, характеров и темпераментов: добрых и злых, умных и невежественных, хитроумных и лишенных воображения карьеристов и для немного лучших людей, чем эти. Подобные обстоятельства могли превратить любого командира в безжалостного человека, отступающего потому, что ему неизвестно, что делать с узколобой страстью немцев к порядку, которая слишком часто приводила к казням местного населения, не желающего сотрудничать с захватчиками.



10 из 486