Это со всей очевидностью указывало на то, что эта женщина являлась вдовой, потерявшей мужа на фронте. На первый взгляд она показалась фон Доденбургу одной из многих немецких женщин, живущих только ради окончательной победы. Но после того, как всем разнесли спиртные напитки, он вдруг почувствовал, как ее рука настойчиво коснулась его. Он дважды отпихивал эту руку, решив, что женщина просто не приучена пить. Однако когда она попыталась —уже открыто — расстегнуть ему брюки, он понял, что столкнулся со вполне опытной и отдающей себе отчет в своих действиях дамой, прекрасно понимающей, чего она хочет, и знающей, что ей нужно от мужчин. Через полчаса он уже был в ее квартире, и они занимались любовью. В середине ночи она неожиданно рассмеялась:

— Моего первого мужа убили во время Польской кампании в 1939 году; он был кавалером Железного креста второго класса. Второго разорвало на куски в Руре во время авианалета; тот был кавалером Креста за военные заслуги первого класса. Все становится лучше и больше — как и та чудесная штука, которую я сейчас сжимаю в своих руках!

Эта вдова была отнюдь не единственной женщиной, с которой Куно удалось встретиться в интимной обстановке за две недели пребывания в отпуске в Берлине. Но в столице Германии он столкнулся не только с охочими до плотских удовольствий дамами. Он увидел и наглых дельцов черного рынка, и барышников, и тыловых крыс, которые изо всех сил держались за свои теплые местечки в тылу и смертельно бледнели при одном лишь упоминании Восточного фронта.

— Здравствуйте, штурмбаннфюрер фон Доденбург, — вторгся в его размышления девичий голос. — Как вы себя чувствуете сегодня?

Он удивленно повернулся. Перед ним стояла Карин — единственная дочь гауляйтера Северной Вестфалии Шмеера. На ней была черно-белая форма «Союза немецких девушек»

— А, это ты, Карин, — протянул он. — Возвращаешься домой из школы?

— Нет. Уроки закончились в час дня. Я была на собрании «Союза немецких девушек». Нам читала лекцию эта лесбиянка — руководительница окружного отделения Союза. Тема лекции звучала так: «Методы контрацепции и немецкая женщина». — Карин Шмеер надула губки. — Как будто она может что-то знать об этом, верно?