– На задание надо идти.

– На какое еще задание? – в голосе Вовка не слышалось ни малейшего азарта.

– Сейчас узнаете. Вставайте.

Вовк, ворча, стал искать сапоги.

– Тюлька! – заорал он на весь лес. – Куда ты сапоги дел, чертова голова?

Никто не ответил, и Вовк опять стал шарить вокруг себя.

– А о каком это задании вы говорите, товарищ лейтенант? – раздался вдруг слева голос Сергеева.

– Спите, спите, Сергеев. Я не к вам.

– А какое задание?

– Я не к вам, я к Вовку. Вергасов приказал высоту одну тут захватить. Вот и…

Сергеев сразу сел.

– Какую? 103,2?

– 103,2.

– Сейчас мы ее возьмем. Одну минуточку.

Сергеев оперся о плечо Ильина и встал. Даже сквозь гимнастерку чувствовалось, что рука у него горячая.

– Слушайте, у вас же это самое, куда вам, – запротестовал Ильин.

– А у вас – первое задание, – шепотом в самое ухо сказал Сергеев, и на Ильина пахнуло жаром. – Что важнее? А? Вовк все равно до утра сапоги искать будет.

Высота 103,2 находилась в полукилометре от занимаемой батальоном рощи. Попасть на нее можно было или прямо, перейдя дорогу, по равнине, или же слева, по так называемому Г-образному оврагу. Решили, что один взвод ударит в лоб, другой из оврага. Сергеев настаивал, чтобы удар прямо поручили ему, но Ильин заупрямился. Он считал, что по оврагу идти менее опасно, и ему было неловко посылать на более трудный участок Сергеева. Тому пришлось подчиниться.

В обороне остался взвод Вовка. Ильин взял солдат Жмачука, Сергеев пошел со своими.

Было около часа, когда оба отряда двинулись к высотке. Темень стояла адова. Небо с вечера затянуло тучами. Ильин к тому же был близорук, поэтому старался держаться Кошубарова, сержанта из взвода Жмачука, хвалившегося, что видит ночью как кошка. И действительно, он полз так быстро и уверенно, как будто по крайней мере раз десять здесь ползал и знает каждую кочку.

Ильин запыхался, с трудом поспевая за Кошубаровым, и все боялся, что солдаты потеряют направление или отстанут.