— Держись крепче и приготовиться к высадке! — закричал солдатам шкипер. Долл приготовился. Через несколько секунд баржа заскребла по дну, проскочила и ринулась вперед, опять проскребла по дну бухты, накренилась, со скрежетом прошла еще несколько футов и остановилась.

— Всем быстро выходить! — скомандовал шкипер. — Переходных мостков не будет.

Между концом апарели и берегом оставалось еще более полуметра водного пространства, но его можно было перепрыгнуть, и только один солдат, поскользнувшись на металлической апарели, оступился в воду и промочил ногу. Это был не Долл. Апарель еще поднималась, когда баржа развернулась и пошла обратно за очередным грузом. Сошедшие с баржи с трудом тащились через длинный песчаный пляж, пробиваясь через поток солдат к тому месту, где капитан Стейн и лейтенант Бэнд собирали роту.

Капрал Файф был на барже, которая доставила управление роты. Шкипер говорил им в общем то же самое:

— Вашему подразделению повезло. Японцы уже в пути. Должно быть, обнаружили транспорты. Ио вы отбываете раньше срока, поэтому вам ничего не грозит.

Файф не переставал удивляться, как организованно, деловито и быстро все выполняется. Как на производстве. Как на настоящем заводе. Но здесь продукция — кровь. Кровь, увечье, смерть. Это казалось Файфу нелепым, чудовищным. Очевидно, сведения о налете поступили на аэродром по радио с патрульного самолета, и их передали на берег. Оповестили всех шкиперов, а может быть, они узнали сами и передали другим, а также экипажам транспортов и армейским командирам, если и не войскам на борту кораблей. И все же ничего нельзя было поделать. Только ждать. Ждать и смотреть, что происходит. Файф исподтишка вглядывался в лица на барже. Волнение Стейна выдавало то, что он постоянно пальцами правой руки поправлял очки. Лейтенант Бэнд все время от волнения облизывал губы.