— Все хорошо.

И только один Юра Араки знал, почему Саша такой.

Было Саше всего десять лет, когда ушел отец. Саша хорошо помнит то утро, когда отец взял его за руку, вышел с ним в садик, сел на скамью и усадил сына на колени. Саша с тревогой поглядывал на его осунувшееся, ставшее незнакомым лицо. Отец долго молчал, и Саша видел, как дергается у него под глазом, а сами глаза — влажные, печальные. Потом отец сказал:

— Попрощаемся, сынок... Уезжаю я... Так получилось...

Саша уткнулся ему в плечо, всхлипнул. Он не мог понять, что происходит между отцом и матерью, но чувствовал: происходит что-то нехорошее. Он не раз слышал, как мать говорила: «Пойми, мы стали совсем чужими...»

— Я хочу с тобой, папа, — сказал в то утро Саша.

— Нет, сынок, — ответил отец. — Тебе трудно будет без мамы. И ей будет тяжело без тебя.

— А тебе без меня будет хорошо? — спросил Саша.

Отец прижал его к себе так, что Саша чуть не вскрикнул. Потом ссадил его с колен, несколько раз поцеловал и ушел.

А потом к ним приехал чужой человек и мать сказала:

— Это твой новый папа. Ты должен его во всем слушаться, и тогда он будет тебя любить.

Саша старался во всем слушаться, однако новый папа никак не мог его полюбить. И Саша никак не мог полюбить нового папу.

Так и жили они под одной крышей, а совсем чужие...

А еще через два года и случилось то, от чего Саша стал таким угрюмым и замкнутым.

Как-то утром, собираясь в школу, Саша заглянул в комнату матери и отчима. Матери в это время там не было, а отчим сидел перед зеркалом и брился. Саша сказал:

— Я ухожу. Можно мне взять на завтрак?

Деньги, которые мать оставляла ему на завтрак, обычно лежали на ее туалетном столике. Отчим, не оборачиваясь, бросил:

— Возьми.

Саша подошел к столику — денег не было. Ему не хотелось снова обращаться к отчиму, и он, ни слова не сказав, вышел из комнаты.