Вот прошла навстречу группа молодых людей с лицами хозяев жизни. Было видно, что это не «рядовые бойцы» приморской преступности, а люди, уже имеющие определенный вес.

Умелов непроизвольно обернулся, пытаясь понять, что его так привлекло в этой группе соотечественников.

– Ты что, кого-то узнал? – Мэри удивленно посмотрела на Олега.

– Не знаю. – Он сам не мог понять, что его так задело.

Проводив взглядом компанию, они отправились дальше вниз по улице, искать ювелирный магазин.

Выбрав подходящий бутик, Олег с Марией зашли внутрь.

Девушка в белоснежной блузке с коротким черным бантом, в виде большой бабочки, и длинной темно-бордовой юбке засеменила им навстречу. На ней были туфли без каблука, отчего её кривые ноги казались еще короче, чем были на самом деле, а слишком светлый тональный крем делал лицо этой восточной красавицы неестественно ярким.

Подойдя к ним на почтительное расстояние, она поклонилась, глядя в пол.

– Сумимасэн, – начал Умелов заученной японской фразой, означающей слово «извините». – Ду ю спик инглиш? – продолжил он по-английски.

Японка, не поднимая глаз, кивнула головой. Олег повернулся к Мэри и взглядом показал ей, «мол, давай продолжай беседу, я уже все подготовил».

Мария подошла к девушке и в полголоса объяснила ей, что они хотели бы приобрести. Японка, заулыбавшись, кивала головой, как фарфоровый болванчик.

«Вот, что значит японский этикет», – подумал Умелов, глядя на это со стороны.

Выбрав украшение, с маленьким бриллиантом, которое понравилось им обоим, Олег оплатил в кассу пятьдесят девять тысяч иен.

Счастливые они вышли на улицу.

День, давно вырвавшись из утренних сумерек, радовал и обнадеживал пробивающимися солнечными бликами.

– Ну, что? Отметим нашу помолвку? – Олег прижал к себе Мэри.

– Я не против. – улыбнулась она.