Очевидно, научный диспут на палубе уже закончился. На набережной появились двое из наших спутников и, прислонившись спиной к парапету, одновременно начали ковырять в носу.

Исрафил спокойно наблюдал за этим зрелищем, потом, видимо, вспомнил, что он второй руководитель нашей группы, и направился через дорогу. После кратких переговоров ковыряние в носу прекратилось.

― Что ты им сказал? ― спросил я, когда Исрафил вернулся.

― Я сказал, что доктор запретил теребить нос, ибо, с одной стороны, может возникнуть опасность продырявить носовую перегородку, а с другой стороны, возможно, что иностранцы, не приведи Аллах, дурно подумают обо всех нас.

― Молодец, уважаемый вице-глава, но впредь, пожалуйста, говори от своего имени. Не восстанавливай их против меня. И без того они косо на меня поглядывают.

― Чепуха, тебе никто не хочет зла.

― Я и не говорил, что мне желают зла. Просто относятся с какой-то настороженностью.

― Преувеличиваешь. Стесняются тебя. Сам знаешь ― есть все-таки разница между врачом и муллой.

― Да, пожалуй, ты прав, кое-какая разница существует.

Исрафил усмехнулся и сказал, что он сегодня не в духе, пойдет в каюту и соснет.

Только он хотел подняться с места, как на улице появился мулла Нариман в полосатой шелковой пижаме. Нахмурившись, Исрафил направился к нему и долго что-то доказывал. По тому, как мулла Нариман размахивал руками, было видно, что он не желает сдаваться. Спор затягивался, привлекая внимание посторонних. Я поспешил на помощь к Исрафилу. Мулла Нариман в качестве железного оказательства своей правоты упоминал всех предков и утверждал, что он не ребенок и не допустит чтобы всякий встречный-поперечный учил его. Лишь общими усилиями Исрафила, переводчика и моими нам удалось убедить его переодеться.

Уфф! До сих пор я лишь изредка встречался с священнослужителями и никогда не оказывался столь длительное время в их обществе. Господи, когда же все это кончится?! Ведь по существу хаджж еще и не начинался… Делать нечего, надо терпеть. Терпеть, чтобы сегодня перешло в завтра, завтра в послезавтра, и так до конца…