— Скажите, что любите его, что он молодец, что поступил по-мужски…

— Молодец?!

— Да, молодец, — твердо повторила пожилая дама. — Он мужчина, которому не оставили выбора. Да к черту сопли! Все, увозите мальчишку. Я скажу директору, что вчера вы забрали мальчика без разрешения. И быстрее, мне надо сигнализировать о ЧП, — Нина Афанасьевна дернула уголками губ и со злостью вдавила окурок в пепельницу. — Тебе, возможно, взыскание вынесут, но это же не смертельно.

— А рана?

— Пустяк, заштопают и все. Только историю замять не удастся. Не смотрите на меня так испуганно — будем надеяться, что Кастет — не дурак, и сам себя топить не будет. Все, бегом!

— Тук, тук, тук! — звонкие каблучки пронеслись по коридору. Поморщившись, Алена скинула босоножки, чтобы не шуметь.

Брига спал. Не метался, не всхлипывал, не вздрагивал, крепко спал, как после тяжелой работы, когда намаешься так, что все тело — один бесконечный гуд. Ноги, руки, голова. К черту! ничего нет — есть только усталость. И благо высшее — кровать. Сны, как густой туман: вроде видишь что-то, а что?

Алена минуты три не решалась прикоснуться к нему, а потом тихонько коснулась плеча:

— Жень… Брига, Брига!

Мальчишка только губами зачмокал — хорошо ему было там, во сне. Девушка тряхнула сильнее:

— Вставай…

Женька даже глаз не открыл.

Там, у крыльца, ожидало такси, и тикал счетчик: плюс двадцать пять копеек, плюс двадцать пять. Сколько уже минут перетекло в рубли? И хватит ли последнего червонца? «Не о том думаю», — одернула себя Алена и затрясла спящего мальчика:

— Вставай, вставай!

Мальчишка разлепил сонные глаза. И точно водой окатили:

— Ты чего? Ты как?

— Тс-с-с! — палец к губам. — Одевайся!

Брига спросонок понял не сразу, но послушно натянул штаны и сунул ноги в кеды.

— Куда мы? — спросил уже в коридоре.