“Бузур”, — ругался Бадма, обрабатывая покусанные руки йодом, но в душе ликовал. Найти такую собаку было действительно счастье, ибо при хорошем воспитании она обещала стать хорошей овчаркой и надежным защитником.

Об этой истории никто не знал, кроме Жалсана и Лхамы, которая не очень жаловала Хоччу за крутой нрав. Росла Хочча быстро и в год уже не уступала в росте бурому красавцу Бургуту. Знакомство их было долгим. Хочча никого не подпускала к себе, кроме хозяев, но Бургут, со всем присущим ему упорством, был невероятно терпелив и настойчив. Целый год притирались Бургут и Хочча. К тому времени все остальные собаки Бадмы спешно разбежались по другим стоянкам, опасаясь невероятной резкости Хоччи и жуткой ревности Бургута.

Окончательно сдружил их случай. Поздней осенью по просьбе Бадмы соседний чабан Солбон привез ему молодого, связанного волка, которого он поймал на капкан. Бургут и Хочча выросли в высоких, красивых и очень крепких овчарок, и наступал момент, когда им предстояло доказать, что они настоящие защитники. Первым на серого пустили Бургута, который тут же без страха бросился на волка, но тот, несмотря на повреждённую лапу, ловко извернулся и клацнул пса за бок, оставив глубокую рану. Но боль лишь разозлила Бургута, и в прыжке он снова попытался схватить волка за загривок. Серый, присев на задние лапы, уворачивался и бил в ответ клыками-кинжалами. Более тяжелый Бургут был менее ловким, и его густая длинная шерсть быстро покрылась кровавыми пятнами.

Бадма знал, что собака должна понять: волк дерется не силой, а хитростью и умом, и поэтому сознательно не останавливал бой, который поворачивался не в пользу Бургута. На миг пес остановился и пригнулся в выжидательной стойке, но разъяренный волк теперь уже сам бросился в атаку. Едва отразив нападение передними лапами, Бургут наконец схватил волка за загривок, и в ту же секунду Бадма спустил Хоччу. Ни ее хозяин, ни Солбон не заметили, как острые клыки коснулись шеи волка, горячая струя крови брызнула в лобастую морду Хоччи, и вскоре волк бился в конвульсиях. Наблюдавший за всем Солбон лишь одобрительно кивал головой.