Иван Самсонович вздрогнул, сердце забилось сильнее. Он наслаждался музыкой азартного гона, торопливо вспоминая лазы, по которым может пробежать зверь. Охотник заторопился к просеке, но гон прекратился. В лесу стало необыкновенно тихо. «Скололась», — с болью подумал Иван Самсонович. Стоял и прислушивался: не подаст ли гончая голос. Как бы в награду за терпение, из глубины леса до охотника донесся лай. Собака повернула зайца на последний круг. Иван Самсонович приготовился.

Беляк мячом промелькнул в осоке и скрылся между осинками. Иван Самсонович вскинул ружье, какое-то мгновение вел стволами, выбирая удобный момент. Наконец беляк вымахнул между деревьев. Вот где пригодилась охотнику «нолевка»! Громыхнул выстрел. Разгоряченная гоном, запыхавшаяся, к лежащему зайцу подбежала Динка.

Охотник поднял беляка и вышел на просеку. В лесу раздавались тугие выстрелы. Старшина прислушался к ним и улыбнулся: он радовался удаче товарищей.

В Сусанинском лесу

Герою Советского Союза Сергею Демяновскому посвящаю

Влажный апрельский ветер принес в древний Сусанинский бор тепло и тонкие весенние запахи земли. Ветер первыми встретили ели, стоявшие на опушке. Всю зиму они бодрствовали, днем и ночью оберегая от мороза голенастые березы. Ветер подлетел к лесу. Словно солдаты, елки дружно наклонили островерхие вершины, зашептались, приветствуя посланца весны: «Дождались, дождались, дождались!» Ветер ворвался, заиграл в ветках, затормошил сонные деревья. Березы радостно заскрипели, чуть-чуть шевельнули ветвями, но не проснулись. Не поверили они ветру: много еще под стволами у них лежало снегу, будто не апрель, а лютый январь стоял на дворе.

А тут разбушевалась настоящая метель.