…Третий день мечется в лесу метель, и, кажется, не будет ей конца. Внезапно в бушующем снежном мареве я увидел белые паруса — над вершинами деревьев плыла лебединая стая. Двенадцать лебедей, выстроившись клином, летели над елями. Они почти сливались с небом, и только чуть видны были черные перепончатые лапы. Птицы тяжело взмахивали упругими, сильными крыльями. А ветер, прижимая их к земле, мешал лететь, временами разрывал четкий строй стаи. Но наперекор метели лебеди трубили над деревьями весеннюю песню, пробуждая древний Сусанинский лес.
Перо художника
Вальдшнепы — лесные кулики — прилетают с юга, когда в рощах появятся первые проталины, — всегда внезапно. Но их всегда ждут. Особенно городские охотники. В апреле они при встречах вместо обычных приветствий спрашивают: — Не потянул?.. Но вот кому-то из счастливцев сквозь пение дроздов и зябликов вечером в лесу удалось услышать хорканье, увидеть над мелколесьем знакомый силуэт. На другой день об этом стало известно многим охотникам. Кто поездом, кто на машине, а то и просто пешком поспешил за город.
Во внешнем виде этой птицы, кажется, нет ничего яркого, броского: у нее крупные, цвета спелой вишни глаза, великолепный, похожий на шпагу нос, плотное, словно вырезанное из дуба туловище, длинные ноги. Оперение лесного кулика коричневое, с рыжинкой. Но приглядишься — в каждом пере целая гамма красок. Здесь и цвет полыхающей весенней зари, и чернота апрельской ночи, и мраморный блеск воды лесного озера. Сколько ни пытались художники, ни одному не удалось передать эту красоту. Видно, нелегко человеку найти такие краски! Да и кисти тоже.