Следом за окунем с ножик идет окунь с вилку. Это рыбешка поменьше, но все-таки не такая зазорная – она вполне годится для ухи, и уха из таких окуней с вилку, могу засвидетельствовать, совсем неплоха.

Есть и еще один окунь, которым не брезгуют рыбаки, если попадается он сразу в большом числе. В шкале измерений эта рыбешка стоит ниже окуня с вилку и именуется окунем с ложку и идет на знаменитое сушье, сущик, который сушат в печи и заготавливают впрок, чтобы по зиме вместе с ухой из сущика пришла к тебе память о летнем озере, как приносит память об осеннем лесе суп из сушеных грибов.

И окунь с ножик, и окунь с вилку, и окунь с ложку (хотя и с чайную) – все это окуни, все это достойная внимания рыба, а вот палечник, попавшийся мне на крючок, это просто палечник – и все тут. И никогда не услышите вы в этих северных местах, что палечник – это тоже окунь. Хотя палечник – это все-таки окунек, но очень небольшой, размером всего с палец. И, честное слово, увидев эту ничтожную маленькую рыбешку, я готов был задать себе обычный для рыбака-добытчика вопрос: «А стоило ли ехать в такую даль за такой рыбой да к тому же везти за тридевять земель самого лучшего, крупного рубинового мотыля, купленного на Птичьем рынке по полтиннику за неполную спичечную коробочку?»

Если бы я принадлежал к подобному типу рыбаков, то моя первая добыча, безусловно, повергла бы меня в уныние. Но я не унывал и следом за палечником на супертонкую и суперпрочную леску благополучно вытянул с шестиметровой глубины второго, а затем и третьего окунька-недомерка.

Я выдержал и это. И, наверное, за это мое стоическое терпение озеро все-таки подарило мне первую, действительно окуневую поклевку. Правда, это был всего-навсего окунек с вилку, но это был уже окунек, рыба, добыча по существующей здесь шкале измерений вполне достойная внимания рыбака…