Не так просто передать речевые особенности Федора Канивца. Он, как и многие жители Займо-Обрыва, потомок казаков-запорожцев, южных славян — воинов и хлеборобов, и речь у него мягка, глубоко интонационна, освещена юмором, как это бывает у оптимистичных, жизнерадостных людей.

— Федор Яковлевич, нам известно, что вы уже не первый день проводите прикорневую подкормку озимых. Но с помощью каких машин вы это делаете? — спросили его.

И тут Канивец неожиданно переводит внимание гостей на меня:

— Вот тут с нами ходит писатель. Его, наверное, тоже это интересует. Специальных машин для внесения прикорневой подкормки озимых нам, как и всем, не дают. Нету таких машин! Но озимые мы подкармливаем уже десятый год, потому что это дает нам хорошую прибавку урожая. А используем мы те же самые зерновые сеялки! Эта работа в нашем колхозе выполняется как раз в самый разгар весенней страды. И где сеялок недостаточно, там сев яровых задерживается. Мы об этом кричим уже какой год, но конструкторы специальных машин не разрабатывают! Нет машин также и для подкормки пропашных культур растворами удобрений, которые дают очень приметную прибавку урожая. Мы сами выкручиваемся, как можем. А что себе думают конструкторы?

Канивец говорил с болью. Разговор о взаимоотношениях с конструкторами и производственниками горячо подхватили гости. Что же происходит? Сельскохозяйственная наука, селекционеры дают хлеборобам многое — новые сорта пшеницы, кукурузы, подсолнечника и других культур; агрохимия создала сильные удобрения, а вот промышленность, конструкторы отстают. К новым тракторам у механизаторов претензий нет, а вот к зерноуборочным комбайнам и сеялкам разного типа и назначения, культиваторам и другим инвентарным машинам рекламаций не оберешься. Принципиально новые машины, рассчитанные на высокие, растущие год от года урожаи, на поля не поступают.

Федор Яковлевич подвел гостей к сеялке, еще не потерявшей заводского блеска.

— Ну, вот возьмем, к примеру, эту новую зерновую сеялку Сибсельмаша со Знаком качества.