– Фитили зажгли.

Комментарий на собственную смерть, вполне в духе Патрика Харпера.

Позади деловито мечущихся ракетчиков, у повозок особого устройства для хранения боеприпасов расселась рота Шарпа, с любопытством ожидая, чем кончится самоубийственная выходка командира.

Мгновения, пока пламя бежало по запальным шнурам, длилось целую вечность.

– Просто повторяй себе, что для парней Джилиленда даже дом в пятидесяти шагах – слишком крохотная мишень.

– Я – не дом, но тоже не мелкий, сэр.- в сержанте Харпере было почти два метра росту.

Шипение и дым возвестили о пуске снарядов.

– Спаси, Господи! – ирландец широко осенил себя крёстным знамением.

Шарп ухмыльнулся:

– Станет туго, за спиной стенка.

Невысокая оградка из дикого камня, у которой они стояли, была их страховкой на случай неожиданной меткости творений Конгрива.

– Как скажете, сэр.

Впервые Шарп наблюдал запуск ракет с позиции мишени. Отсюда они казались злобными буркалами неведомых демонов: тёмное пятнышко ракеты – зрачок, окружённый огненной радужкой выбивающегося сзади пламени. В глубине души, в той её части, где не находилось места разуму, родилось и росло иррациональное убеждение, что дьяволы высматривают именно Шарпа, и целят именно в Шарпа. Жуткое ощущение усиливалось воем, с этого места приобретавшим явственно потусторонний оттенок. Стрелок не выдержал и нырнул за ограду. Харпер, который, по-видимому, испытывал похожие чувства, сделал то же самое секундой раньше. Урча и стеная на разные лады, адские бестии пронеслись над низким забором метрах в двадцати от сжавшихся в страхе друзей.

Опомнившийся первым Харпер смачно выругался.

– То ещё удовольствие, а? – лицо Шарпа выражало неподдельное облегчение от того, что ракеты прошли стороной. Облегчение и азарт.

– Всё, что ли? – с надеждой спросил ирландец.

– Ещё один залп. Теми, что побольше.

Следующая партия ракет выстреливалась с пусковых установок на треногах.