Подобрали замерзающего Ярёмку на дороге скоморохи. Отогрели, отпоили. Назвался Ярёмка нищим, чтоб легче в доверие к своим спасителям войти.

День за днём, село за селом — привыкли скоморохи к «нищему».

А Ярёмка зря времени не терял, всё разнюхивал, да подслушивал, да присматривался: нет ли у ватаги денег накопленных, не замышляют ли весёлые люди какого дела выгодного.

Разнюхал Ярёмка, что деньги у ватаги есть. И немалые.

Скоморохи бывали разные. Одни имели хозяйство в каком-нибудь селе и бродили только зимой — подрабатывали.

Другие, как трава перекати-поле, бродяжили всю жизнь, стараясь к старости хоть что-то на жизнь скопить. У таких скоморохов всегда всё имущество при себе — случалось, что и деньги попадались. Но с ватагой Потихони дело обстояло особо.

Ей были доверены деньги-выкуп, собранные многими скоморошьими ватагами, чтобы в городе Колядец у боярина Безобразова выкупить скоморохов.

Бояре да воеводы часто так делали: заманят к себе ватагу в дом да и посадят в яму. Потом объявляют: платите выкуп, тогда снова белый свет увидите.

Случалось, если у скоморохов дела хороши были, они откупались.

Но чаще всего приходилось весёлым людям работать на боярина или воеводу до тех пор, пока тот не смилостивится, не вернёт им волю. Иногда, когда пленённые скоморохи долго не могли получить свободу, за них платили выкуп их товарищи.

Вот на ватагу, которая несла выкупные деньги, и наткнулся холоп Ярёмка…

— Деньги у бродяг отобрать нужно, — в который уж раз повторял Ярёмка.

— Но почему они к Безобразову выкуп несут? — задумчиво молвил воевода. — Скоморохи, почитай, не только у этого боярина в яме сидят. Слышал я, у князя Шуйского целая ватага в остроге заперта… И у боярина Шереметева тож.