И Демидку мягкой ладонью по голове погладила.

Защекотало у Демидки в носу, и слёзы сами собой кап-кап на стол. Совестно Демидке, а совладать с собой не может. И улыбается, и плачет разом.

Фролка и тот крякнул, ложкой по столу постучал:

— Ну вы, мокрое племя, сырость не разводите…

Наелся Демидка, того гляди, лопнет. А тётка Матрёна второй чугунок несёт. С кашей гречневой и с мясом опять. И хоть места в животе у Демидки вовсе не осталось, тянется рука с ложкой к вкусному блюду. Но когда тётка Матрёна киселя принесла — отказался Демидка:

— Не могу больше…

После обеда все спать повалились. Демидка как на лавку лёг, словно в мягкую чёрную яму ухнул. Сразу уснул.

Недолго, однако, блаженствовал. Проснулся — за плечи кто-то трясёт. Глянул — перед ним сердитые спросонья глаза тётки Матрёны.

— Нешто не слышишь?! Дитя в люльке надрывается! Сядь да покачай!

Качает Демидка плетёную корзинку с младенцем, сам носом клюёт.

Так и пошла Демидкина жизнь. За столом сытно, грех жаловаться, а из-за стола вылез — успевай поворачиваться. И тётку Матрёну не поймёшь: то Демидкино сиротство оплакивает, то так за пустячную вину по затылку треснет — летит кувырком Демидка.

— Не с той ноги встала нынче хозяйка… — пошучивает Фролка-кузнец, а сам норовит со двора уйти.

А Демидке куда деться? Находится в полной власти у тётки Матрёны.

Однажды сказал Демидка просительно Фролке-кузнецу:

— Дядька Фрол, когда работать буду?

Недобрую минуту выбрал Демидка. Крикнул Фролка-кузнец:

— Матрёна! Слышь, Федька на тебя жалуется…

Вышла из избы хозяйка, руки в боки, брови сдвинуты:

— Ещё чего выдумал?!

— Я ж про кузню… — испуганно зашептал Демидка хозяину. — В кузню хочу…

Фролка на Демидку не глянул:

— Слышь, Матрёна, парень жалуется, работы ему мало…

— Он по одной работе мастер — за столом ложкой. Изленился на хозяйских харчах!