Шатров поднял с пола стул и присел на него, глядя на ребят. Левая его рука лежала на ружейном ремне, который черной лентой пересекал его грудь и край толстого живота.

— Так это… вы — его?..

— Ребятишки, Сидор Иванович! — сказала тетя Тоня.

Шатров зажал шляпу под мышкой, левой рукой осторожно расстегнул где-то на животе ремень, а правой потянулся за спину, чтобы поддержать ружье. Всем показалось в тот момент, будто он хочет, чтобы никто не видел его дробовика.

— Так я, пожалуй, пойду, — сказал он наконец, вставая и придерживая ружье сбоку. — Хотел помочь вам.

Он остановился около Лопушка и потрепал его по плечу:

— Зря я, выходит, на тебя подумал…

Лопушок не поднял головы. Шатров боком шагнул за порог.

Дробовик его наклонился, черная лямка упала на пол и змейкой скользнула через порог.

…На столе рядом с Писаренком стояли георгины, и «огненный король» дерзко и весело глядел на мальчишек…

Глава третья рассказывает о том, как Колька Богатырев укреплял международные связи и содействовал всеобщему прогрессу

Представьте себе такое.

Останавливается около вашего двора велосипед. Слезает с него старый почтальон дядя Коля. Дребезжит велосипедный звонок.

На звон выходит ваш отец.

— Дома сынок? — спрашивает дядя Коля. — Ему письмо!..

— Давайте, я передам, — говорит отец.

Но почтальон дядя Коля не соглашается. Он поднимает на лоб очки, достает из сумки какую-то тетрадку и говорит:

— Вам не отдам. Заказное. Из Польши!..

А потом вы, расписавшись, читаете письмо, и вся улица сбегается послушать, что в нем написано.

Конечно, это здорово, да не всякому приходят такие письма.

И самое обидное, что приходят они не тому, кому надо бы.