их первенец почти десять лет назад — точно так же внезапно умерла на третьем месяце от рождения, но Софья упрямо рожала почти каждый год, — в 1475 родила Феодосию, (вон она стоит, старшенькая, девять уже ей), затем снова родилась девочка и со своим невероятным упорством, как бы желая испытать судьбу, Софья снова назвала ее Еленой, и ничего — жива, красавица восьмилетняя, вон позади матери стоит, задумавшись… Пора уж думать, как выдать ее замуж за какого-нибудь европейского короля или принца, пару подыскивать, чтоб с пользой для державы была, ну да ладно, пожалуй, пока рановато, — пусть походит пару лет в девках, а там поглядим… А вот и гордость Софьи — ее любимец Василий, которого она упорно называет Гавриилом, видимо полагая, что Архангел будет защищать его всю жизнь… Вон старуха, гречанка Аспасия, кормилица самой Софьи держит за руку трехлетнего Юрия, а молодая кормилица-нянька Дарья покачивает на руках последнего великокняжеского младенца Дмитрия — всего два года ему, держит его еще на руках… Да, упрямство Софьи безгранично, еще как хоронили малютку Евдокию, сказала: «Следующую девочку все равно Евдокией наречем», а давеча в спальне шепнула на ухо: «Сдается мне, что понесла я снова — это новую Евдокию нам Богородица посылает».

А чуть поодаль в стороне слева и вся свита ее. Целое семейство греков Траханиотов, девки придворные, которых она велит на европейский манер фрейлинами звать, — а имена чудные, не выговоришь: Береника, Аспасия, Паола, ну и конечно урод этот, скоморох, горбун глухонемой Савва, также шутом на европейский манер называемый — всюду его за собой таскает. Вон когда Ахмат на Москву наступал, и на Белоозеро пришлось великой княгине с казной бегать, даже туда его с собой брала. И сюда вот на крестины притащила. Не будь он таким жутким горбатым карлой, можно было бы и недоброе заподозрить…

Стараясь держаться поближе к Великой княгине, скромно опустила глаза племянница ее — двадцатилетняя Марья, дочь беспутного старшего братца Софьи Андреаса и рядом муж ее двадцатичетырехлетний князь Василий Верейский, — ну тот вообще красавец, герой, с восьмилетнего возраста воюет, во время стояния на Угре великолепно себя показал, народ ему прозвище «Удалой» присвоил — любимец толпы, сам Иван Васильевич их сосватал.