— «Соммелье»! — сказал он вполголоса молодому официанту в очках, который поглаживал позолоченный медальон. — И «Дом Периньон» сеньоре на двадцать третий столик. — Джек подписал чек и снова улыбнулся.

— Ах вот как! — сказала сеньора Дженкинс в тот самый момент, когда Джек убедился, что бутылка вина в серебряном ведерке с влажными салфетками попала наконец на стол к Исабели.

— А почему, собственно, вы ахаете? — зло спросил Джек.

— Разве можно быть таким грубым, мистер Джек! — засмеялась мисс Дженкинс. — Джентльмены, неужели мы станем терпеть за нашим столом этого «бунтаря без причины»?

Англичанин из Глоустера подкрутил усы, напыжился, и отвороты его белого смокинга оттопырились еще больше.

— Демократия! Вы ее хотели — и вот она перед вами! В жизни не думал, что буду ужинать за одним столом с бывшим лакеем!

Он сытно хохотнул, но Джек уже не прислушивался к его словам. Спрятав подбородок в ладони, он следил за каждым движением Исабели, получившей французское шампанское.

— О! Противный мальчишка! — замурлыкала мисс Дженкинс, делаясь все более похожей на помесь слона и кошки. — Я вижу все, что там происходит. Она, конечно, покраснела! Говорит, что не заказывала к ужину шампанского. Ну а официант объясняет, что бутылка послана в знак почтения молодым человеком с круглого стола. Она покраснела еще больше. Наверно, думает, что это по случаю ее недавнего бракосочетания. Послушайте, мистер Чарли, вы видели когда-нибудь столь несочетаемое сочетание, как эта мексиканка и мой земляк?

— Ох, все эти «бунтари без причины», — заворчал белоусый джентльмен, — все эти черноблузники, стиляги, пижоны, папарацци

— Не будь невеждой, Чарли! — Пожилой человек с бородкой ловким движением вытащил хребет из жареной камбалы. — Папарацци — вовсе не молодые рассерженные люди, а итальянские макароны.

— Хо-хо-хо! — затрубила, как слон, мисс Дженкинс. — Вот вам и цена английской прессы! Папарацци так же далеки от спагетти, дорогой мистер Томми, как евнухи от мужчин, хотя в последнем случае внешний вид может ввести в заблуждение!