— Какая спесь у этого проходимца-монаха! Бог знает, зачем он и его спутник находятся вне стен монастыря в этот неурочный час! Не знаю, что удерживает меня от того, чтобы приподнять их капюшоны и посмотреть на их физиономии.
При этих словах Джулио под своей монашеской одеждой схватился за кинжал и стал между Фабио и Еленой. В этот момент он находился на расстоянии не более одного фута от Фабио. Но небо судило иначе и чудом успокоило ярость обоих молодых людей, которым в ближайшем будущем предстояло встретиться на поединке.
Впоследствии, на процессе Елены де Кампиреали, эта прогулка приводилась как доказательство порочности молодой девушки. В действительности же это было безумством молодого сердца, горевшего страстной любовью, но сердце это было чисто.
III
В это же время случилось так, что Орсини, исконные враги князей Колонна, всемогущие тогда в деревнях, расположенных вокруг Рима, заставили правительственный суд приговорить к смерти зажиточного крестьянина из Петреллы по имени Бальдассаре Бандини. Было бы слишком долго перечислять все то, в чем обвинялся Бандини: большинство его проступков в наше время считалось бы преступлениями, но в 1559 году их нельзя было судить так строго. Бандини находился в заключении в замке, принадлежавшем Орсини, в горах около Вальмонтоне, в шести лье от Альбано. Он обратился в Рим с жалобой на вынесенный ему смертный приговор; в ответ на нее вскоре по большой дороге ночью прошел со ста пятьюдесятью сбирами посланный из Рима barigello
— Неужели вы оставите без защиты вашего верного слугу?
Колонна ответил:
— Я поступил бы против божьей воли, если бы не оказал должного уважения решению суда папы, моего повелителя!
Однако солдатам сейчас же были отданы нужные распоряжения, и все приверженцы Фабрицио Колонны получили от него приказ быть наготове.