Вертлявый господин — репортер столичной газеты. Завтра он напечатает в ней статью о пляске Ninon, поместит ее портрет, который ему впучила донна Анжелика, перескажет весь свой разговор с Ninon.

Он быстро откланивается и уходит. Ему хочется попасть в театр во время, чтобы не опоздать к началу танцев.

Ninon, почти совсем готовая к отъезду стоит посреди комнаты. На ней синий, хорошо сшитый костюм и большая, затонувшая в страусовых перьях, шляпа. Из-под полей шляпы устало смотрят маленькое, худенькое личико танцовщицы и ее большие испуганно-грустные глаза.

— Мне нездоровится что-то, донна Анжелика… Ах, как хотелось бы сейчас прилечь и хорошенько отдохнуть… Я, вероятно, простудилась… Меня лихорадит, — говорит Ninon печальным, упавшим до шепота голосом.

Донна Анжелика, взволнованная, красная, топает в бешенстве ногами и кричит:

— Отдохнуть! Прилечь! Ты с ума сошла! Сейчас же выкинь эту дурь из головы… Сию же минуту!.. И едем… Матреша! Матреша! Подайте барышне шубу и мех!

И сама, не дождавшись горничной, закутывает Ninon в теплую на козьем меху шубку, в белый капор и белый мех.

Среди белого меха выглядит так оригинально черная головка Ninon. Еще смуглее кажется худенькое лицо, еще чернее испуганные глазки.

Ninon медленно, молча, спускается по лестнице со своей учительницей вниз к подъезду. На улице их ждет мотор. Донна Анжелика, Ninon и горничная садятся.

Через минуты три быстрой езды они входят в театральный подъезд.

IV

Перед зеркалом в театральной уборной сидит Ninon. Она почти готова. Парикмахеру остается ишь завить несколько черных локонов, красиво сбегающих ей на плечи и грудь. Они, как рамкой, окружили ее худенькое смуглое личико. На черной головке — жемчужная повязка.

Воздушная розовая туника окружает маленькую фигурку танцовщицы словно облаком цвета утренней зари.