Где Лаура теперь? Теперь он с некоторой нежностью вспоминал ее искушенное тело зрелой женщины, спокойные, давно ничему не удивлявшиеся глаза. Жорж начал забывать, как его шокировали неправильные выражения, которыми изобиловала ее речь, — наследство тех лет, когда Лаура была отрадой супрефектуры. Она сознательно не хотела их исправлять, самолюбиво стремясь, чтобы ее не заподозрили в безграмотности и думали, будто она употребляет эти выражения нарочно. А как раздражала ее манера напевать за столом модные песенки! Несколько лет было прожито вместе. Разочарования той любви начинали забываться, и теперь Жорж вспоминал эти дни со снисхождением, а убеждение, что они никогда не возвратятся, позволяло не судить себя строго за тот уровень счастья, какой он тогда испытывал. Жорж ездил с Лаурой в Италию и Прованс; эпизоды этих путешествий, казавшихся тогда скучными, волновали его теперь до слез, а воспоминания о ярких пейзажах заставили на секунду возненавидеть картины, сопровождавшие его нынешнее путешествие. Потом наступила привычка, а затем и усталость; единственное, что он мог еще получить от Лауры, — удовольствие от разрыва. Она плакала, когда он объявил ей о своей свадьбе, и это польстило его тщеславию: значит, Лаура все еще любит его, раз так переживает разрыв. Жорж со злостью подумал, что женские слезы высыхают куда быстрее, чем румяна; Лауру видели в ночном ресторане в сопровождении другого мужчины. Что ж, он на нее не в обиде. Они оба поступили правильно, начав жизнь сначала Но с кем теперь она? Несомненно, с кем-нибудь, кого выбрала заранее, еще когда жила с ним Он пришел в ярость при мысли, что ее слезы могли быть лишь притворством, что Лаура, возможно, давно мечтала о разрыве, подыскивая подходящий предлог в течение многих недель. Жорж понял, что любыми способами необходимо на несколько часов забыть ее, и, сделав усилие, выкинул Лауру из головы.

— Не волнуйтесь, — ответил он жене, — завтра в Гранд-отеле вы несомненно получите письмо от вашей матушки. Конечно, она грустила при вашем отъезде, но через месяц мы вернемся и будем жить рядом с ней.