— Какие? — спросил Псмит.

— Ну, те, которые мы проводили вместе.

— Ах, те! — сказал Псмит.

Казалось, бурная радость индивида в белой шляпе чуть-чуть омрачилась, словно туча начала наползать на летнее небо. Но он еще крепился.

— Только подумать, что мы вот так встретились!

— Мир тесен, — согласился Псмит.

— Я бы позвал вас выпить, — сказал душа нараспашку с тем легким напряжением, которое овладевает человеком, когда он добирается до сути дела, — но только мой идиот-камердинер забыл утром подать мне бумажник! Дьявольская небрежность. Придется его уволить.

— Да, досадно, — заметил Псмит.

— Эх, если бы я мог вас угостить, — вздохнул тот горестно.

— Нет в языке тоскливей слов, чем «быть могло, но не сбылось!», — вздохнул Псмит.

— А знаете что, — сказал душа нараспашку, вдруг возрадовавшись, — одолжите мне пятерку, старина. Наилучший выход из затруднения. А вечером, когда я вернусь домой, я пришлю ее вам в отель или куда скажете.

На губах Псмита заиграла ласковая печальная улыбка.

— Оставь меня, товарищ, — прожурчал он.

— А?

— Проходи, проходи, старый друг.

Оживление на лице его собеседника сменилось покорностью судьбе.

— Не вышло? — Нет.

— Ну, так ведь попробовать никому не возбраняется, — заметил владелец белой шляпы.

— Отнюдь, отнюдь.

— Видите ли, — доверительно сказал душа уже не нараспашку, — с этим моноклем вы таким ослом выглядите, что удержаться никак невозможно.

— Да-да, я понимаю, что никак.

— Извините за беспокойство.

— Ничего, пожалуйста.

Белая шляпа исчезла за вращающейся дверью, а Псмит вернулся к своим поискам и воззвал к пожилому мужчине в табачного цвета костюме, который как раз оказался в радиусе слышимости.

— Завтра в Нортумберленде будет дождь!

Тот вопросительно прищурился на него.