— Слышите, как в них свистит ветер?

— Просто поверить не могу.

— Ну, а если я на минуту приглажу мой цилиндр против ворса? — предупредительно предложил Псмит. — Тогда вам будет легче?

Его собеседник несколько секунд хранил молчание. Хотя он и был в такой спешке, а каждый проходящий миг приближал минуту, когда ему придется прервать их беседу и умчаться на Паддингтонский вокзал, Фредди никак не мог перейти к делу, ради которого находился тут.

— Послушайте! — сказал он наконец. — Мне придется вам довериться, черт побери.

— Вы не могли бы выбрать лучшего пути.

— Значит, так. Мне нужна тысяча фунтов…

— К большому моему сожалению, сам я одолжить ее вам не могу. Я уже был вынужден отказать джентльмену, по его словам — моему старинному другу, в такой пустячной сумме, как пятерка. Но есть милейший обязательнейший благодетель по имени Алистер Макдугалл, который…

— Господи! Вы же не думаете, что я хочу вас подоить?

— Признаюсь, такая мысль мелькнула у меня.

— А, черт, да нет же! Нет, но… Как я уже сказал, мне просто необходимо раздобыть тысячу фунтов.

— Мне тоже, — сказал Псмит. — Два ума, но с единой мыслью. Так что вы намерены по этому поводу предпринять? Сам я, признаюсь добровольно, понятия не имею как. Я ошарашен. Крик несется по банкам и министерствам: «Псмит в тупике!»

— Старик, — сказал Фредди жалобно, — вы не могли бы говорить поменьше, а? У меня только две минуты осталось.

— Прошу прощения. Так продолжайте.

— Чертовски трудно сообразить, как начать. То есть все это получается очень запутанно, пока не объяснишь, что к чему… Послушайте, вы в своем объявлении сказали, что преступление не помеха.

Псмит взвесил эту идею.

— В пределах разумного и при условии, что оно раскрыто не будет, малая толика преступления особых возражений у меня не вызывает.

— Так послушайте… послушайте… так послушайте, — сказал Фредди, — вы не украдете брильянтовое колье моей тети?