– Каждый день этот автобус задерживается! Каждый день! По десять часов в день я должен торчать в издательстве, выслушивать придирки начальства, по полтора часа выстаивать в длиннейшей очереди на автобус в Бури. Наконец, добираешься сюда и узнаешь, что автобус, видите ли, сломался! Это издевательство! Это безобразие! Эту автобусную компанию давно следовало бы закрыть!

В автобусе находился рабочий автомобильной компании.

– Что ты болтаешь вздор? – не выдержал он.

– Закрыть ее надо! Закрыть! – кричал редактор, ударяя кулаком по журналам.

– Почему закрыть? – спросил рабочий. – Если мотор иногда капризничает, разве компания в этом виновата?

– А если компания не виновата, так, значит, виноваты вы! – кричал редактор. – С тех пор как вы, рабочие, организовали союз, вы повредились в уме! Я все прекрасно понимаю!

– Что ты понимаешь? – рассердился рабочий.

– Вы устраиваете забастовки, вы требуете увеличения жалования, прибавки на дороговизну! А откуда идут эти денежки, вы подумали? Из наших карманов! Из наших! Вы, рабочие, живете в свое удовольствие, а мы подыхаем с голоду!

В спор ввязалось еще несколько пассажиров в белых одеждах. Некоторых из них я знал. Громче всех кричали сетх Хаджи Дауд, имевший пятнадцать домов в Джохаре, которые он сдавал внаем, заместитель редактора газеты «Hay Бхарат» Чече Шах, возвращавшийся со своей женой из кино, и малаяламец Карпан Джан, который два года тому назад, сдав экзамен на бакалавра искусств, целыми днями слонялся по городу в поисках работы. Из-под его черных усов сверкали ослепительной белизны зубы, и, глядя на него, трудно было понять, смеется он или сердится.

– Вот послушайте, – кричал он. – Я сдал экзамен на бакалавра искусств, а работы найти не могу! А этот подлец с четырехклассным образованием имеет нахальство еще указывать мне! Он, не закрывая рта, болтает о своем социализме. Походить бы ему, как я, без работы, сразу бы весь социализм вылетел из башки!