Пастор не слушал. Уязвленный до глубины души, он стоял и кусал губы, ничего не понимая. Форменный скандал! Он вознамерился всерьез проучить зазнавшегося старика. В конце концов зятья-пасторы не каждый день попадаются.

Шагая по дороге мимо развалин бывшей церковной корчмы

Потом пастору Людвигу Калнпетеру пришло в голову, что, может быть, Луцисы заехали к нему посмотреть новую мебель. Говорили же старики, что надо бы посмотреть, чем это Мале так восторгается. Да разве из-за этого стоило выбегать как оголтелому из церкви и нарушать богослужение? Нет! Это так оставить нельзя.

Дома пастор Людвиг Калнпетер никого не застал. Никто и не приезжал. Теперь он пребывал в полном неведении и с трудом выпил полкружки кофе, а булочки с тмином так и остались нетронутыми. Взяв шляпу и палку, он пошел в Луци узнать, в чем дело.

Дождик прошел на славу. Все канавы и колеи были полны воды. На дороге местами стояли грязные, подернутые рябью лужи. Сырая трава мочила лакированные туфли пастора, отчего настроение у него стало еще хуже. «Свинство, свинство!..» — повторял он про себя.

Навстречу выскочили обе собаки Луцисов и яростно набросились на него. Пасторов собаки почему-то терпеть не могут. Обычно в подобных случаях выбегал кто-нибудь из домашних и спасал гостя. Но сегодня никто не показывался. Сердито отбиваясь от собак палкой, пастор заметил хозяйку Луцей, — она появилась в двери клети, но тут же опять скрылась.

Это уже прямое оскорбление! Разгоряченный, разгневанный пастор бросился в кухню и, постояв немного, старался отдышаться, в то время как собаки все еще продолжали скулить и скрестись в дверь.

Ему показалось, что в доме никого нет. Но, переступив порог комнаты, пастор Людвиг Калнпетер увидел самого хозяина, растянувшегося на кушетке с номером «Брива земе»

Это еще что за фокусы? Усаживаясь, пастор нарочно с грохотом передвинул стул и кашлянул. Затем коротко поздоровался:

— Здрасте!