Пани Винцентовой в это время не было дома, а пани Петрова не решилась вступиться за двуличного мальчишку, и Яся нещадно выпороли. Несколько дней спустя выяснилось, что телят выпустил все-таки не Ясь, а сынок пана Петра, но было уже слишком поздно.
После этого «маленького недоразумения» (как выразился пан Петр) бедная вдова окончательно пала духом. Здоровье ее пошатнулось, она загрустила больше прежнего, пожелтела и по целым дням только и думала, как бы поскорей вырваться из объятий почтенных родственников. Между пани Винцентовой и ее покровителем долгое время шла глухая борьба, выражавшаяся во взрывах гнева со стороны пана Петра и в слезах со стороны вдовы.
II. Ясь становится сыном гувернантки
Частыми гостями в доме пана Петра были пан Анзельм с женой. Они видели, что пани Винцентова прекрасно воспитывает детей, что она женщина скромная, трудолюбивая и энергичная и что пан Петр при всей его сердечной доброте и здравом смысле не принадлежит к числу приятных опекунов. Участь вдовы вызывала у четы Анзельмов сочувствие, и, поскольку у них самих был мальчик и три дочки, они решили взять пани Винцентову к себе.
Договорились обо всем потихоньку. Но у пани Винцентовой не хватало духу сообщить об этом своим родственникам, и пан Анзельм решил выручить ее.
— Что ты скажешь, дорогой сосед, — обратился он однажды к Петру, — если мы заберем твою кузину?
— Зачем она вам! — ответил Петр, презрительно махнув рукой.
— Она будет у нас гувернанткой, так же как и здесь.
Пан Петр подкрутил ус и взглянул исподлобья на собеседника.
— Разве она у нас гувернантка? — заметил он. — Просто… родственница.
— Я бы ей назначил двести рублей! — продолжал Анзельм, не глядя на соседа.
Пан Петр возмутился.
— Пустые слова! — воскликнул он в гневе. — Она от нас не уйдет ни за какие деньги…
— Уйдет! Уйдет!.. А впрочем, давайте спросим у нее.