Господин Перье оказался в самой середине толпы. Мимо прошло несколько офицеров. Но лица их выражали такое высокомерие и ненависть, что он не осмелился обратиться к ним. Всякая попытка вырваться из толпы была заранее обречена на неудачу. Конвой только и ждал случая, чтобы пустить в ход пистолеты и сабли. Каждого, кто осмеливался двинуться, нещадно избивали. Мальчугану с льняными волосами раскроили нос и верхнюю губу. Вместе с кровью он выплюнул два зуба. Никто не протестовал. Гусары хохотали, позвякивая шпорами. Офицер оглянулся, и в глазах его сверкнуло презрение.

Раньше господин Перье с удовольствием наблюдал, как в садике Берна расправлялись с бунтовщиками. Теперь он сам очутился среди этих людей, которых гнали, как убойный скот, и на душе у него было очень невесело. Однако он полной грудью вдыхал свежий воздух и даже несколько успокоился, когда толпу вывели за ворота и погнали вниз по улице.

Только бы не мимо собственного дома и окон мадам Лизандер!.. Но с первых же шагов ему стало ясно, что идти придется той же дорогой, по которой гнали накануне. Господин Перье спрятался в самую гущу толпы и втянул шею в плечи. Ставни дома были открыты, окна настежь. Господин Перье разглядел пустые полки, кучи хлама на полу. Перед дверью, развалясь в его мягком кожаном кресле, сидел с сигаретой в зубах какой-то капрал и любезничал через улицу с Клариссой — швеей из мастерской мадам Лизандер. А она, нарядная, в новой голубой блузке, налегла грудью на подоконник и хохотала, поблескивая белыми зубами. «Блудница, — подумал господин Перье, — не прошло и двух недель, как она носила на баррикады жратву федератам…» Но все это лишь на миг заняло его мысли. Господин Перье обернулся и все смотрел и смотрел на свой домик, покамест мелькнувший у самых его глаз пистолет не заставил его шагать со всеми в ногу.