Голубоглазый парень в синем, тот, что недурен собой и, видно, у них за главного, первым нашелся и сказал:

— Большое спасибо. Мне-то самому не в ту сторону, это вот им. А вы тоже едете этим автобусом?

— Мы тоже.

Она кивнула на вторую девушку, которая сидела за столиком с самым неприступным и заносчивым видом.

— Ну вот вам и компания, Герберт и Моулд. Будете попутчиками. Разрешите вас угостить? Как раз успеете.

Он обернулся ко второй девушке, приглашая и ее, но она выпятила нижнюю губу и покачала головой.

— Ты как хочешь, Иди, а я выпью, — крикнула подруге чернявенькая. — Пожалуйста, джин с лаймом, маленькую.

И протянула им купленную пачку сигарет.

— С авиационного завода? — строго спросил носатый.

Она с вызовом встретила его взгляд.

— Да, а что? Есть возражения?

— Нет, конечно. С чего бы?

— Ну, не знаю, вы так посмотрели, как будто мне бы надо прощения попросить, что ли. Может, вы думаете, мы тут сидели, ногти маникюрили и за здорово живешь получали по двенадцать фунтов в неделю?

Тот, что в коричневом костюме, от неожиданности разинул рот. Синий костюм усмехнулся, даже, кажется, подмигнул. Но носатый в сером глядел все так же сердито, не сводя с нее маленьких глаз.

— Я так не думаю, — ответил он ей. — Не было еще времени подумать. С чего это вы взъелись?

— Ну ладно, ладно. — Тот, что в синем, улыбаясь, обвел всех приветливым взглядом, перед которым не устояла даже барменша. — Чур не задираться. Нам, может быть, скоро придется кое с кем поцапаться, но не стоит с этого начинать. Позвольте представить вам нашу компанию. Вот этот строгий гражданин, который служил капралом в Бэнфордширском пехотном полку, а теперь возвращается на отцовскую ферму, — Герберт Кенфорд. Этот, тоже из Бэнфордширского полка, — Эдди Моулд, женатый, между прочим, а, Эдди? Герберт, кстати, холост, потому-то он, должно быть, так строго с вами и разговаривал. Сам я в счет не иду — если все будет в порядке, я уеду в Суонсфорд на машине, — но так или иначе, меня зовут Алан Стрит…