Конечно,  надо бы с  ним поздороваться, спросить, как желудок, ведь старикан страдает несварением, но соображения здравого смысла одержали верх. Мой дядюшка из тех зануд, что,  едва завидят племянника, хвать его за лацкан и  ну  просвещать  по  поводу серебряных подсвечников,  античных  лиственных узоров,  венков,   резьбы,   чеканки,   барельефов,  горельефов,  романского орнамента в виде цепи выпуклых овалов у края изделия,  так  что  я  счел  за благо не  провоцировать его. Прикусил язык и на  цыпочках в библиотеку, где, как мне сообщили, расположилась тетушка Далия.

     Старушенция по самый перманент зарылась в  ворох  гранок.  Всему  свету известно, что сия изысканная  дама  – знаменитый издатель еженедельника для юных отпрысков  благородных  семейств, называемого "Будуар элегантной дамы". Однажды я написал для него  статью  под заголовком "Что носит хорошо  одетый мужчина".

     При моем появлении  тетушка  вынырнула из  бумаг  и в знак  приветствия издала  громкое "улюлю", как  в  былые  времена  на травле  лис,  когда  она считалась самой заметной фигурой  в  "Куорне", "Пайтчли" и других охотничьих обществах,  из-за  которых  лисы  стали чувствовать себя в  Англии  довольно неуютно.

     – Здорово, чучело, – произнесла она. – Зачем пожаловал?

     – Насколько  я  понял,  дражайшая  родственница, вы  изъявили  желание побеседовать со мной.

     – Но это вовсе не значит, что ты должен вломиться ко мне и оторвать от работы. Можно было  все  решить за полминуты по  телефону.  Но, видно, чутье тебе подсказало, что у меня сегодня дел невпроворот.

     – Если вы  огорчились, что  я не  смогу  пообедать с  вами, спешу  вас успокоить: останусь с величайшим удовольствием, как всегда. Чем нас порадует сегодня Анатоль?

     – Тебя –  ничем, мой юный  жизнерадостный нахал. К  обеду  приглашена Помона Грайндл, она писательница.