Они пересекли Базарную площадь, вымощенную крупным глянцевым булыжником, с приземистым угрюмым собором посредине, миновали старинные торговые ряды и вышли на тихую, затенённую тополями Школьную улицу.

Правда, судя по дощечкам на домах, улица имела другое название, но оно как-то забылось, и все именовали улицу Школьной, может быть, потому, что она безраздельно принадлежала детям и на ней находилась лучшая в городе школа № 1 имени Ленина.

Клава первой вбежала в большое двухэтажное, потемневшее от времени кирпичное здание школы.

В школе было празднично и нарядно.

Над лестницей висел кумачовый плакат с белыми буквами «Добро пожаловать!», в горшках на подоконниках стояло много цветов, в классах пахло свежей краской, а чёрные парты блестели, как новенькие.

В своём шестом классе «А» Клава облюбовала парту у окна, откуда хорошо был виден мост через Великую.

Затем через чёрный ход Клава выскользнула в школьный сад. Осмотрела кусты малины, смородины, нашла яблоневый рядок пятого класса и свой саженец, на котором висела фанерка с надписью: «Клава Назарова». Он был ещё тоненький, слабый и ростом не выше девочки.

— Ничего, яблонька, это я летом про тебя забыла, — вслух подумала Клава. — А теперь уж возьмусь!..

От сада рукой подать до спортплощадки.

Клава покачалась на кольцах, пробежала по буму, на спор с каким-то мальчишкой шесть раз подтянулась на турнике. Нет, что ни говори, а хорошо прийти в школу пораньше!

Вскоре стали собираться ученики и преподаватели.

Прошёл своей лёгкой, быстрой походкой директор школы Иван Александрович. Показался в дверях загорелый до черноты Василий Николаевич Важин, старший пионервожатый школы, — он только позавчера вернулся из пионерского лагеря.