Я слышала всякие истории о писателях-мужчинах, с которыми Кэти жила в разные времена своей жизни. Они были менее талантливыми и менее удачливыми, чем Экер. Это привело к тому, что один из этих писателей убедил себя, что именно он и есть Кэти Экер, пока она была на промоушн-туре. Когда Кэти вернулась домой, молодой писатель оказался не в состоянии вынести крушение фантазии, что он был успешным автором, и пережил нервный срыв. Алан не посчитал эту историю правдивой. Она звучала подозрительно, как если бы это был фрагмент из какого-то пост-модернистского романа. Кроме того, Кэти была слишком таинственной, слишком загадочной, чтобы быть вовлеченной во что-то настолько очевидное. Он заговорил о Майкле Брейсвелле, которого я всегда расценивала как журналиста. Алан извлек из сумки три его романа. Он рассказал, что Брейсвелла обнаружила Кэти Экер и привела в издательство Serpent`s Tail, опубликовавшее его первую книгу.
Алан объяснил, что Брейсвелл был одним из первых “стильных” или “клубных” авторов — достижение, которое обязательно должно быть отмечено в контексте долгой истории прозы для тинейджеров.