— Ведь не на острове мы с вами живем, — объясняла нам Марья Владимировна. — остров — это часть суши, омываемая со всех сторон водой. И где же у нас с вами это со всех сторон вода?

А после на перемене я слышал, как она сказала учителю физкультуры:

— Ужас, сколько я не была на материке. А представьте: там сейчас как раз расцветает сирень.

Сирень у нас не растет. И ёлки не растут тоже. А еще у нас нет высоких деревьев с большими листьями. Осенью такие деревья роняют свою листву, и она толстым ковром лежит на газонах, а дворники собирают ее в высокие кучи.

Мама рассказывала: когда они с папой ездили к бабушке с дедушкой на материк, папа много фотографировал — все подряд. Маму, дома в городе и даже разноцветные листья под ногами.

Мама спросила:

— Листья — зачем?

А папа ответил:

— Дома у нас ведь такого нет.

У нас из деревьев — лиственных — одна только карликовая березка. И листья у нее карликовые. Осенью она роняет их, и они лежат на земле — точно монетки у кого-то просыпались из кармана. Только лежали — и нет их. Унесло.

Зато у нас много хвойных деревьев — лиственниц и кедрового стланика.

И вот папа домой стланик принес и говорит:

— У нас елка будет.

А сам спустился в кладовку и принес длинную жердь — чуть ли не до потолка. Установил ее в крестовине и стал к ней ветки от стланика крепить. Где дырочку в жерди просверлит и вставит кончик ветки, а где ветку к стволу проволокой прикрутит.

Мама говорит:

— Разве у елки так ветки идут? У нее же — не вниз, а вверх.

Папа отвечает:

— Разве? Я давно елок не видел. Разве что на картинках. А на картинках ветки всегда направлены вниз.

Потом подумал и говорит:

— В самом деле, а почему их так рисуют? Они же к солнцу тянуться должны.