— На том стоим, товарищ командир, — бойко отвечал механик, трогая мизинцем на смуглом лице воронёные крылья тонких усиков. — У хорошего «мотыля», как на флоте говорят, лишняя гайка карман не тянет.

Для начала Непрядов не склонен был придираться к мелочам, которых «свежим взглядом», конечно же, не мог не заметить. Он лишь удивленно постучал пальцем по плафону, в котором лампочка перегорела, но почему-то вовремя не была заменена. И что за беда, если во втором отсеке на паёлах валялась кем-то забытая, не то оброненная отвёртка. Егор её подняли, как бы на память, вручил механику. Тот понимающе кивнул, пряча злополучную отвёртку в карман.

Однако заглядывая в офицерские «шкафы», Егор к своему удивлению обнаружил, что некоторые электрогрелки оказались без защитных кожухов. Того и жди какой-нибудь неприятности от короткого замыкания. И механик, надо полагать, должен был это заметить. Смолчать уже Непрядов не мог.

На полученное замечание Теренин отреагировал тем, что с какой-то игривой сердитостью погрозил кулаком подвернувшемуся под руку дежурному электрику старшине второй статьи Фокину.

— Запомните, трюмный гений, — склонясь к уху старшины, интимно прошептал механик. — Если через полчаса вы не отыщете искомые кожуха, я вас голой задницей лично посажу на эти самые докрасна раскалённые грелки. Обещаю: удовольствие получите полное, но плакать не дам.

— Да това-арищ капитан-лейтенант, — без тени смущения или неловкости басом пропел по-моряцки сутуловатый, плечистый верзила Фокин. Снисходительная улыбка на его пухлых губах говорила: «Ну, вы же меня знаете, хоть из под земли достану, что надо…»

Непрядов вздохнул и лишь укоризненно покачал головой. Первое приятное впечатление о симпатичном механике было слегка подпорчено. Хотя, как поразмыслил, в меру доверительные, искренние отношения с подчинёнными всё же есть благо. Поскольку на глубине, в подводной жизни, с юморком, да с подначкой подчас успешнее и легче делаются самые серьёзные дела.