—   Но вы только сейчас сказали, что считаете это возможным, — перебил я.

—   Совершенно правильно, — согласился Вильгельм. — Но столь же велики шансы и на то, что дело кончится плохо. Сами вы никогда не плавали на бальсовом плоту и воображаете, что по мановению волшебной палочки он перенесет вас через Тихий океан. Может быть, да, а может быть, и нет. Древние индейцы Перу опирались на опыт поколений. Кто знает, может быть, на каждый плот, переплывший океан, приходилось десять плотов, которые пошли ко дну, а может быть, и сотни на протяжении столетий. Как вы утверждаете, инки выходили в открытый океан целыми флотилиями этих бальсовых плотов. Тогда, если с одним из плотов случалась беда, потерпевших могли подобрать с соседних. Но кто сможет подобрать вас посреди океана? Если даже вы захватите с собой радиостанцию на случай катастрофы, не думайте, что будет легко найти маленький плот среди волн за тысячи миль от берега. Во время шторма вас может смыть с плота, и вы успеете десять раз утонуть, прежде чем кто-нибудь доберется до вас. Лучше уж оставайтесь здесь и ждите, пока у ученых найдется время прочесть вашу рукопись. Напишите еще раз и пошевелите их; это самое лучшее, что вы можете сделать.

—   Я уже больше не могу ждать, — у меня скоро не останется ни цента.

—   Вы можете переехать к нам. Коль скоро вы уж заговорили об этом, то как предполагаете вы снарядить экспедицию из Южной Америки без денег?

—  Легче заинтересоваться экспедицией, чем не- прочтенной рукописью.

—   Но что это вам может дать?

—   Опровержение одного из сильнейших аргументов против моей теории, не говоря о том, что в научных кругах обратят внимание на эту затею.

—   Но если дело обернется плохо?

—   Тогда я ничего не докажу.

—   И тогда вы скомпрометируете вашу собственную теорию в глазах всех, не так ли?