Вильяме Бак слушал, слегка приоткрыв рот. Боясь проронить слово, он прислонил пухлую ладонь к левому уху, на которое был изрядно туговат.

– Корабли необходимы, как воздух, и немедленно, – подняв глаза, снова начал банкир. – Для этого нужен корабельный лес, много леса, по крайней мере пятьдесят судов в год с полным грузом сосны, ели, лиственницы…

– Вы шутите! Столько леса! Это невозможно, сэр! – привскочил Бак. – Я не найду лесорубов, я писал вам… я… я…

– Мы получили ваше последнее письмо, – грубо оборвал купца банкир. – Причина, о которой вы говорите, вполне устранима. Вспомните, два года назад вы писали об ограблении русских промышленников неизвестными кораблями. Ограбление и потопление промысловых судов.

– Да, в Архангельске ходило много разговоров… Русские промышленники собирались принять меры…

– Однако это помогло вам найти лесорубов. Видимо, русские мужики решили, что в лесу работать безопаснее. Правда, на наше счастье, жадность графа Шувалова разорила многих купцов, занимавшихся промыслом морского зверя. А теперь… – Бенджамин Вольф задумался. Несколько минут он сидел, покачивая ногой и дымя трубкой. – Дело, о котором я намерен вам сообщить, весьма конфиденциально. – Банкир оглянулся и понизил голос; – Вы понимаете, дорогой Бак, неосторожное слово и…

Для Вильямса Бака нетрудно было представить, что таится за этим «и»: тайная канцелярия, пытка на дыбе, рваные ноздри, разорение, Сибирь… Торговому дому «Вольф и сыновья» известны его темные дела в России.

– Я, кажется, никогда не нарушал…

– Мы знаем это, дорогой Бак, я решил предупредить вас на всякий случай…