тропа, а гулкий прибой надвигается, обрушиваясь белой пеной на песок, как если бы находился выше того места, где ты стоишь, словно внезапная приливная волна мира, способная заставить тебя отступить и бежать назад в холмы - Мало того, голубое море там, позади гигантских обрушивающихся валов, полно огромных черных скал, которые вырастают, словно замки древних великанш-людоедок, и истекают черным илом, да здесь же миллиарды лет скорби, и огромный утес справа со слюнявыми губами пены у основания - Ты высовываешься над милой и уютной лесной тропинкой, зажав в зубах соломинку, и сплевываешь ее, чтобы полюбоваться на ее гибель - И оглядываешься на невероятную высь моста, ощущая саму смерть, и не без причины: под мостом в песке позади утеса, бля, сердце в пятки уходит: автомобиль, сорвавшийся с моста дней 10 назад, пролетевший тысячу футов вниз и приземлившийся наконец, все еще там, перевернутые ржавые шасси в драном хлюпанье изъеденных морем шин, старые спицы, бывшие сиденья, из которых лезет солома, одинокий печальный насос, а людей уже нет

Повсюду вздымаются гигантские локти Скалы, в них прячутся гроты, взбивая пену, плещутся морские волны, гудят и бьются о песок, дно уходит все глубже (здесь вам не пляж "Малибу") - А оборачиваешься и видишь приятный лесок, что вьется над ручьем, прямо как пейзаж где-нибудь в Вермонте - Но стоит посмотреть наверх, оглянуться назад, Боже мой, ты стоишь прямо под висящим мостом, бегущим тонкой белой линией от скалы к скале, а неразумные машины мчатся по нему, словно сны! От скалы к скале! Вдоль всего гневного побережья! Так что позже, слыша от кого-нибудь: "О, Биг Сюр, это, наверное, прекрасно!", я каждый раз задумывался, почему все говорят о его красоте несмотря на и вопреки тому, что он устрашающ, вопреки его стонущим блейковским вершинам мук Творения, его перспективе, когда едешь по прибрежному шоссе солнечным полднем, и глазу открываются мили и мили ужасного прибоя.

5

В другом, мирном конце Ратон-каньона было