Сам же Фесандопулос, казалось, безо всякого интереса относился к своему выигрышу и лишь равнодушно отодвигал локтем кипы ассигнаций, когда они ему мешали.

Вскоре все игроки разошлись, и за карточным столом остался один Фесандопулос. Перед ним горела свеча, лежали ворохи ассигнаций и высились столбики золотых монет. Его потухший взгляд – я вдруг это заметил – был устремлен на меня.

– А вы почему не играете, молодой человек? Не желаете ли попытать судьбу? – услышал я его голос. Он говорил с сильным акцентом человека, выучившегося русскому языку уже в немолодые годы.

Фесандопулос явно бросал мне вызов… И я принял его. Я поставил одну монету и выиграл. Оставил весь выигрыш на столе и выиграл снова. Я бил у Фесандопулоса одну карту за другой. Не прошло и получаса, как все кипы лежащих на столе ассигнаций перешли ко мне. Меня охватил азарт, и я поверил в свою удачу. Фесандопулос все увеличивал ставку и всякий раз проигрывал.

– Неужели вас не огорчает проигрыш? – спросил я, видя, что передо мною на столе лежит уже целое состояние.

– Отнюдь, – хладнокровно сказал он, – отнюдь. Для меня важен не выигрыш или проигрыш, для меня важны переливы удачи.

Он снял с пальца драгоценное кольцо и положил его на стол.

– Это очень ценный бриллиант – подарок персидского шаха. Я ставлю его против всего, что вы уже выиграли.

– Идет, – согласился я, вынимая из колоды карту. Как сейчас помню, это был червовый валет. Я был уверен, что выиграю, но проиграл – Фесандопулос вытащил пикового туза. В одно мгновение я лишился всего своего новоприобретенного состояния, и даже больше.

– Ну что я говорил? – усмехнулся Фесандопулос. – Удача снова у меня! А теперь, молодой человек, советую вам остановиться. Не рискуйте больше. Ваша удача кончилась.

– Еще! Еще! – воскликнул я, горя желанием отыграться.

– Я не стану больше играть с вами. У вас больше ничего нет. Прежде расплатитесь за то, что вы уже проиграли, – сказал Фесандопулос и попытался встать из-за стола. Но я схватил его за плечо и насильно усадил на стул.